В качестве моего предисловия: И раз уж сегодня пошла историческая тема, полагаю, полезно прочитать вот это. О связи продовольственной производительности территории с уровнем ее урбанизации. Потому что любая связь является палкой о двух концах. В том смысле, что действует она одинаково в обоих направлениях. Когда производительность падает, образовывается излишек населения, в первую очередь городского, перед которым остаются всего две перспективы: или куда-то сбежать или просто умереть от голода
Бурное демографическое развитие и стремительный рост урбанизации в Европе в XVIII – первой половине ХХ века стали возможны благодаря распространению картофеля. Его корнеплоды оказались в 2,5-4 раза более питательны, чем зерновые, являвшиеся тогда основой рациона европейцев. А увеличение посадок картофеля на 1% приводило к росту урбанизации на 0,03-0,04%.
Исследование на эту тему провели экономисты Натан Нанн из Гарвардского университета и Нэнси Цянь из Йельского университета. Их работа опубликована в Oxford University Press’s. Исследование учёных базируется на большом статистическом материале и переполнено логарифмами и уравнениями. Тезисно выводы из их работы выглядят так. Картофель оказался самой калорийной и эффективной растениеводческой культурой в Европе. Как пример, исследователи приводят среднюю урожайность английской фермы в XVIII веке. Эти данные можно посмотреть в таблице ниже.
42 тысячи мегаджоулей – это 10 000 калорий. Таков был примерный ежедневный рацион семьи крестьянина (2 взрослых + 3 детей). Из таблицы видно, что урожай картофеля по калорийности был примерно в 3 раза выше, чем зерновых (с одной и той же площади). Однако Нанн и Цянь вносят важное пояснение: культивирование картошки по трудозатратам было в 2,5 раза выше, чем выращивание зерновых. Но даже с учётом этого фактора энергоэффективность данного корнеплода была на 25-30% выше, чем зерновых.
При этом выращивание картофеля имело ещё один важный плюс – эта культура позволила в Европе высвободить большие площади из-под зерновых под технические культуры и животноводство, продукция которых дала много сырья для нарождавшейся промышленности (лён в Восточной Европе, шерсть и кожи в Западной Европе). Кроме того, картошка оказалась не только питательной, но и более полезной культурой, чем широко распространённые ранее зерновые. Так, средняя картофелина весом в 150 граммов обеспечивает человека 45% дневной нормы витамина С и 20% нормы витамина В6, а также 18% дневной нормы калия. «На большей части Старого Света картофель нередко является единственной защитой от цинги», — пишут исследователи. Всё это позволило сократить смертность в Европе, а также улучшить качество населения (уже во втором поколении в семье, потребляющей картофель, средний рост человека повысился на полдюйма – т.е. на 1,3 см).
Также картофель стал идти на корм скоту, что резко повысило его продуктивность. В первую очередь стало развиваться свиноводство. Кроме увеличения производства мяса сельское хозяйство получило и рост выхода навоза, являвшегося тогда основным удобрением. В частности в прирейнской Германии с 1800-го по 1850 год внесение навоза на поля увеличилось в 2,2 раза.
«На влияние потребления картофеля приходится 25-26% от общего прироста численности населения и 27-34% роста урбанизации в рассматриваемый период (XVIII – первая половина ХХ века)», — высчитали исследователи. Ещё один их вывод: увеличение земель под картофелем на 1% приводило к росту численности населения на 0,032%, а урбанизации – на 0,036%. То есть, рост посадок картошки на 100% (или в 2раза) соответствовал росту численности населения на 3,2%, а урбанизации – на 3,6%. А в рассматриваемый период площадь под этим корнеплодом росла стремительно. Так, государственная статистика Франции фиксировала рост сбора урожая картошки с 2,1 млн. тонн в 1815 году до 11,7 млн. тонн в 1840 году (то есть почти в 6 раз за 25 лет).
Винсент Ван Гог. Посадка картофеля. Картина маслом. 1884
Как обычно, первыми большой потенциал картофеля усмотрели в Западной Европе – площади под ним стали стремительно увеличиваться в Англии, на востоке Франции, в Нидерландах, в прирейнской Германии ещё в XVIII веке. Век спустя картофель пришёл в Восточную Европу. Нанн и Цянь ссылаются на работу профессора кафедры истории Чикагского университета Уильяма Макнила «Как картофель изменил Всемирную историю». В ней Макнил, в частности, пишет, что промышленный подъём в Германии после 1848 года и России после 1891 года был связан (в том числе) с резким увеличением площадей под картофелем.
«Преимущества выращивания картофеля на паровых полях были особенно велики к востоку от Эльбы, где ранее рожь была доминирующей культурой. Ржи требуется более короткий вегетационный период, чем пшенице или ячменю, но у неё меньший урожай. Также во влажные сезоны рожь часто заражалась ядовитым грибком спорыньёй. Потребление заражённой ржи приводило к бреду, судорогам, снижению рождаемости, а многие случаи вообще заканчивались летальным исходом. Поэтому питание картофелем вместо ржи приводило в этой местности к улучшению здоровья населения и повышению рождаемости. Это привело к тому, что избыточная масса немецкого, польского и русского населения стала заполнять города, а также отправляться в эмиграцию в Новый Свет», — пишет Макнил.
Вместе с тем, Макнил отмечает, что рост культивации картофеля в Восточной Европе не смог серьёзно изменить экономику здешнего сельского хозяйства. Помещики и крупные товаропроизводители всё равно предпочитали выращивать зерно, поскольку оно являлось экспортной культурой. Тогда как картофель даже и в наши дни продолжает часто оставаться «местной культурой», не направляемой на внешние рынки. Ситуация в той же Польше и России осложнялась зимними морозами – в которые картофель при транспортировке даже на средние расстоянии терял свои товарные качества (промерзал и был пригоден только на корм свиньям), а зерно, напротив, не было восприимчиво к этому фактору.
Европа, как отмечают исследователи, и сегодня имеет важное преимущество перед остальным миром – именно её территория в наибольшей мере пригодна под выращивание картофеля. На карте вверху тёмным цветом отмечены территории, где от 85 до 100% площадей теоретически пригодны под посадку картошки. В Азии, напротив, таких территорий гораздо меньше – и это вынуждает крестьян там вместо культивирования картофеля выращивать рис или кукурузу – а они для обеспечения выхода продукции той же калорийности, что и картошка, должны занимать площади в 3-3,5 раза больше.