Слева – абордажный трап "ворон" (вид сбоку, вид спереди). Справа – римский легионер, главная ударная сила корабля (морские пехотинцы именовались "манипулариями" и "либурнариями")
Главным оружием римского корабля были морские пехотинцы. Если греки и эллинистические государства в качестве основного тактического приема использовали по большей части таранный удар, то римляне еще в Первую Пуническую войну сделали ставку на решительный абордажный бой. Римские manipularii (морские пехотинцы) имели отменные боевые качества. Карфагеняне, полагавшиеся на скорость и маневренность своих кораблей, располагали более искусными моряками, но не смогли противопоставить римлянам аналогичных солдат. Сперва ими было проиграно морское сражение при Милах, а несколько лет спустя римские квинкверемы, оснащенные абордажными "воронами", сокрушили карфагенский флот при Эгатских островах.
Со времен Первой Пунической войны штурмовой трап-"ворон" (лат.corvus) становится почти неотъемлемым атрибутом римских кораблей первого класса. "Ворон" представлял собой штурмовой трап особой конструкции, имел десять метров в длину и около 1,8 в ширину. "Вороном" он назван из-за характерной клювообразной формы большого железного крюка (см. рисунок), находившегося на нижней поверхности штурмового трапа. Или протаранив неприятельское судно, или просто переломав ему весла в скользящем ударе, римский корабль резко опускал "ворон", который пробивал своим стальным крюком палубу и накрепко в ней застревал. Римская морская пехота обнажала мечи... А после этого, как обычно выражаются римские авторы, "все решала личная доблесть и рвение воинов, желающих отличиться в бою на глазах у своих начальников".
Несмотря на противоречащий не только здравому смыслу, но и первоисточникам скепсис отдельных исследователей, едва ли подлежит сомнению факт использования на кораблях римского флота метательных машин.
Например, в "Гражданских войнах" Аппиана (V, 119) находим: "Когда назначенный день наступил, при громких криках бой начался с состязания гребцов, бросавших как машинами, так и руками камни, зажигательные снаряды, стрелы. Затем и сами суда стали разбивать друг друга, ударяя или в бока, или в эпотиды – выдававшиеся спереди брусья, – или в носовую часть, где удар был сильнее всего и где он, сбрасывая экипаж, делал корабль неспособным к действию. Некоторые суда, проплывая мимо, осыпали друг друга снарядами и копьями." (курсивы мои – А.З.)
Этот и несколько других фрагментов античных авторов позволяют заключить, что метательные машины, с IV в. до н.э. получившие широкое распространение в сухопутных армиях развитых государств Античности, использовались также и на эллинистических, и на римских кораблях. При этом, однако, дискутивным остается вопрос о масштабах применения этого плода "высоких технологий" Античности.
По своим весо-габаритным характеристикам и по точности стрельбы наиболее пригодными для использования на палубных или полупалубных кораблях любых классов видятся легкие торсионные двухплечевые стрелометы ("скорпионы").
Рис. 3 . Скорпион, наиболее распространенная артиллерийская установка римского флота
Далее, применение таких устройств как гарпакс (см. ниже), а также обстрел неприятельских кораблей и береговых укреплений каменными, свинцовыми и зажигательными ядрами были бы невозможны без применения более тяжелых двухплечевых торсионных стрело- и камнеметов – баллист. Конечно, трудности прицельной стрельбы с качающейся платформы (которой является любой корабль), значительная масса и габариты ограничивают вероятный спектр типов римских кораблей, на которых была бы возможна установка баллист. Однако, на таких типах, как, скажем, эннеры и децемремы, которые представляли собой именно специальные плавучие артиллерийские платформы, баллисты представить себе не столь уж трудно.
Рис. 4 . Баллиста
Последнее относится и к онагру – одноплечевому торсионному камнемету. Есть все основания полагать, что если онагры и использовались в качестве палубной артиллерии, то лишь для обстрела наземных целей. Заметим, что изображенный на рис. 5 корабельный онагр снабжен колесами в первую очередь не ради того, чтобы возить его с места на место. Напротив, установленные на палубах сверхтяжелых римских кораблей онагры наверняка закреплялись канатами, хотя и не наглухо, а с определенными допусками, как во многих случаях и позднейшая пороховая корабельная артиллерия. Колеса онагра, как и колеса станков позднейших средневековых требюше служили для компенсации сильного опрокидывающего момента, возникавшего в момент выстрела.
Рис. 5. Онагр
Колеса у палубных онагров скорее всего служили для компенсации опрокидывающего момента, возникающего в момент выстрела. Также обратим внимание на крючья, изображенные в передней части станка. За них должны были заводиться канаты, удерживающие онагр на месте во время качки.
Наиболее интересной метательной машиной, которая могла использоваться в римском флоте, следует признать полибол – полуавтоматический стреломет, представляющий собой усовершенствованный скорпион. Если верить описаниям, эта машина вела непрерывную стрельбу стрелами, подающимися из" магазина", расположенного над направляющим ложем. Цепная передача, приводившаяся в действие вращением ворота, одновременно взводила полибол, натягивая тетиву, подавала в ложе стрелу из "магазина" и, на очередном обороте, спускала тетиву. Таким образом, полибол можно признать даже полностью автоматическим оружием с принудительной механикой перезарядки (кстати, некоторые современные многоствольные малокалиберные пушки тоже имеют полупринудительную автоматику: кроме энергии пороховых газов, в них используются также внешние электроприводы).
Рис. 6 . Полибол (полуавтоматический стреломет)
Для огневой поддержки римляне также использовали наемных критских лучников, которые славились своей меткостью и замечательными зажигательными стрелами ("malleoli").
Кроме стрел, копий, камней и окованных железом бревен римские корабельные баллисты также стреляли тяжелыми железными гарпунами-гарпаксами (лат. harpax). Наконечник гарпакса имел хитроумную конструкцию. После проникновения в корпус неприятельского корабля он раскрывался, так что извлечь гарпакс обратно было практически невозможно. Таким образом, супостата "арканили" желательно сразу с двух-трех кораблей и переходили к излюбленному тактическому приему: собственно, абордажному бою.
Рис. 7 . Гарпакс (harpax
Вверху – гарпакс, общий вид. Внизу – наконечник гарпакса, раскрывшийся после пробития обшивки.
По поводу гарпакса Аппиан сообщает следующее: "Агриппа придумал так называемый гарпакс – пятифутовое бревно, обитое железом и снабженное с обоих концов кольцами. На одном из колец висел гарпакс, железный крюк, к другому же было прикреплено множество мелких канатов, которые при помощи машин тянули гарпакс, когда он, будучи брошен катапультой, зацеплял вражеский корабль.
Но более всего отличался гарпакс, сбрасывавшийся на корабли благодаря своей легкости с большого расстояния и зацеплявшийся всякий раз, когда канаты с силой тянули его назад. Обрубить его для подвергшихся нападению было трудно, так как он был окован железом; длина же его делала и канаты недоступными для того, чтобы их обрубить. Ввиду того что орудие введено было в действие впервые, то не придумали еще таких мер против него, как серпы, насаженные на древки. Единственное средство, какое могли придумать против гарпакса, ввиду неожиданности его появления, – двигаться в противоположном направлении, давая задний ход. Но так как то же самое делали и противники, силы же гребцов были равны, гарпакс продолжал делать свое дело. " ["Гражданские войны", V, 118-119]
Несмотря на все описанные технические и артиллерийские изыски, таран (лат.rostrum) являлся куда более надежным и мощным оружием корабля, чем баллисты и скорпионы.
Тараны изготовлялись из железа или бронзы и, как правило, использовались в паре. Большой таран (собственно рострум) в форме высокого плоского трезубца находился под водой и был предназначен для сокрушения подводной части неприятельского корабля. Рострум весил очень и очень порядочно. Например, найденный израильскими археологами бронзовый таран с греческой биремы затянул на 400 кг. Легко себе представить, сколько весили рострумы римских квинкверем.
Рис. 8. Таран (rostrum)
Малый таран (проемболон) находился над водой и имел форму бараньей, свиной, крокодильей головы. Этот второй, малый, таран служил буфером, препятствующим а) разрушению форштевня корабля при соударении с бортом вражеского судна; б) чересчур глубокому проникновению рострума в корпус неприятельского корабля.
Последнее могло иметь печальные последствия для атакующего. Таран мог застрять во вражеском корпусе и атакующий полностью терял маневренность. Если вражеский корабль горел, можно было сгореть с ним за компанию. Если же вражеский корабль тонул, то можно было в лучшем случае остаться без тарана, а в худшем – утонуть вместе с ним.
Весьма экзотичным оружием был так называемый "дельфин". Он представлял собой большой продолговатый камень или свинцовый слиток, который перед боем подымали на вершину мачты или на специальный выстрел (то есть на длинную поворотную балку с блоком и лебедкой). Когда неприятельский корабль оказывался в непосредственной близости, мачту (выстрел) заваливали так, чтобы она оказалась над супостатом, и обрубали трос, удерживающий "дельфина". Тяжелая болванка падала вниз, ломая палубу, скамьи гребцов и/или днище неприятельского корабля .
Считается, впрочем, что "дельфин" был эффективен только против беспалубных судов, поскольку лишь в этом случае он мог пробить днище и утопить вражеский корабль. Иными словами, "дельфин" мог использоваться против пиратских фелюк или либурн, но не при столкновении с кораблем первого класса. По этой причине "дельфин" был скорее атрибутом невооруженного купеческого судна, чем римской триеры или квадриремы, и без того вооруженных до зубов.
Наконец, на римских кораблях использовались различные зажигательные средства, к которым относились т.н. "жаровни" и сифоны.
"Жаровни" представляли собой обычные ведра, в которые непосредственно перед боем заливали горючую жидкость и поджигали ее. Затем "жаровню" подвешивали на конец длинного багра или выстрела. Таким образом, "жаровня" выносилась на пять-семь метров вперед по курсу корабля, что позволяло опорожнить ведро с горючей жидкостью на палубу неприятельского корабля еще до того, как проемболон и/или таран входили в соприкосновение не только с бортом, но даже с веслами супостата.
Именно при помощи "жаровен" римляне прорвались сквозь строй сирийского флота в битве при Панорме (190 г. до н.э.).
Рис. 9. Рручной огнемет (слева) и огнеметный сифон (справа)
Сифон был изобретен ок. 300 г. до н.э. неким греком из Александрии. Сифон – это ручное оружие: труба, наполненная маслом. Масло поджигается и им якобы можно вовсю поливать вражеское судно. Увы, как и в случае с ручным огнеметом для "греческого огня", не вполне ясен физический принцип действия оружия (равно как и толком не известен химсостав горючих смесей). Кстати, упомянутый огнемет был пущен в ход аж в VIII в. н.э. и, строго говоря не римлянами, а ромеями, сиречь византийскими греками. (Подробнее см. "Дромоны" и "Греческий огонь".)
Тактика
Тактика римского флота была проста и высоко эффективна. Начиная сближение с неприятельским флотом, римляне засыпали его градом зажигательных стрел и других снарядов из метательных машин. Затем, сблизившись вплотную, топили корабли неприятеля таранными ударами или сваливались в абордаж. Тактическое искусство заключалось в том, чтобы, энергично маневрируя, атаковать один вражеский корабль двумя-тремя своими и тем самым создать подавляющий численный перевес в абордажном бою. Когда неприятель вел интенсивный встречный огонь из своих метательных машин, римская морская пехота строилась черепахой (как это показано на рисунке триремы на предыдущей странице), пережидая смертоносный град.
Рис. 10. Черепаха
На рисунке изображена римская центурия, штурмующая неприятельское укрепление в строе черепахи".
Если погода благоприятствовала и в наличии имелись "жаровни" – римляне могли попытаться сжечь вражеские корабли, не вступая в абордажный бой.
Если численное преимущество было на стороне противника, римляне стремились уклониться от боя, то есть попросту говоря – бежать.