Если вы живёте в Москве, Воронеже или другом городе в средней полосе, то у вас сегодня День Православной Пасхи. А если вы проснулись в гест-хаусе в Яр-Сале, что за полярным кругом в нескольких километрах от Карского моря, то время праздновать сразу три праздника.
У ненцев сегодня Вороний день, символизирующий приход весны. Некий аналог нашей Масленицы. Никогда не думал, что вороны - перелетные птицы. Вообще, они не улетают на зиму на юг. Это все так, если это не ямальские вороны. В тундре им попросту нечего есть зимой, поэтому вороны возвращаются в эти края только с приходом весны. Впрочем, весна здесь не более чем условность.
Вся округа празднует сегодня День Оленевода в Яр-Сале. Помимо оленеводов, прибывших сюда со всех концов ЯНАО, от Приуралья до Бованенково, в посёлке можно встретить не одного иностранного туриста. Забавно, что Ахмет встретил турка, Марко и Сара - итальянского журналиста, снимающего здесь документальный фильм, а Дима - кореянку, служащую в православной церкви и изучающую языки. Кореянка говорит на русском и ненецком. Очень удивлена увидеть тут этнического корейца.
Кореянку мы отыскали в часовне со священником, расположенной в центре посёлка в самом настоящем национальном чуме. Батюшка пригласил нас в чум выпить чаю.
Тем временем начались игры в рамках многоборья на Дне Оленевода.
Многоборцы в командных соревнованиях состязаются в метании тынзяна, борьбе, перетягивании палки, прыжках через нарты, тройном прыжке, беге на лыжах и других национальных видах. Квинтэссенцией любого Дня Оленевода являются гонки на оленях, которые обычно начинаются под вечер. Вчера было решено пропустить гонки, чтобы пораньше приехать в стойбище.
Пока снимали местных на празднике, познакомились с ненецкой девушкой Анжелой, наряженной в исключительно красивый национальный костюм и заботливо вызвавшейся показать нам местный филиал этнографического музея. Музей по обыкновению находится в чуме.
Нас напоили иван-чаем с настойкой из багульника и показали представление кукольного театра по мотивам народной сказки о ненецких оленеводах. В спектакле играла Анжела. Для ребят-иностранцев сделали перевод.
Получилось очень сюрреалистично: церковь со священником в чуме, кукольный театр в чуме и, как финальный аккорд, предложение Анжеле выйти замуж за Ахмета. Правда, предложение делал не сам Ахмет, а мы за него похлопотали, но Анжела молодец, говорит, мол где то читала, что человек бывает счастлив однажды в 23 года, а ей сейчас как раз 23. Говорит, самое время замуж выходить :)
Только, похоже, мы не определились, поедет ли Анжела в Турцию или, наоборот, она увезёт Ахмета в тундру.
Поев шашлыков и выпив глинтвейна, мы отправились на треколе в сторону Панаевска, где нас должен был встретить на снегоходе проводник до стойбища.
Километрах в 20 к северу от Оби на горизонте появились два чума.
Мы прибыли в традиционное стойбище ненецких оленеводов, типично состоящее из двух чумов. Уже по количеству нарт в стойбище нетрудно догадаться, что здесь живут пожилые люди. Чем старше оленеводы, тем больше имущества у них. Весь скарб сложен в нартах.
Сару хозяева сразу предупредили, что нельзя проходить между чумом и священной нартой. Священная нарта считается таковой потому что в ней лежат вещи предков, которые хранятся там из поколения в поколение. Это могут быть абсолютно любые вещи, но каждая из них имеет своё назначение. Никому не разрешено прикасаться к вещам в священной нарте, кроме хозяина, то есть старшего в стойбище. И тот, чтобы навести порядок, может получить доступ в священную нарту только перед полнолунием.
Запрет для женщин проходить между чумом и священной нартой, с одной стороны, и печкой и столом в чуме, с другой, имеют одно и то же логическое объяснение.
Во время каслания чум ставят таким образом, чтобы в дверь не задувало. Точно напротив двери ставят ставят стол. На улице, на одной линии с дверью и столом, ставят священную нарту. Вот эту самую невидимую линию женщинам запрещено пресекать, будь то в чуме или за его пределами.
В стойбище проживает две семьи, каждая в своём чуме. Мы останавливаемся у Павла и Лидии. Они живут с сыном Романом, который вместе с ними ведёт традиционный кочевой образ жизни. У Романа с Лидией десять детей, и только один из них вернулся в стойбище. Все остальные, после учебы, осели в посёлках и городах. Статистика говорит, что 20-30% возвращаются в стойбище к традиционному укладу.
На время нашего приезда в чум приехала также дочь хозяев Света с грудной дочкой Лерой и племянником Олегом. Света - жена Димы, который встретил нас в Панаевске. Они живут там, в посёлке. Дима работает электриком, а Света воспитателем в интернате.
Нас с порога усадили за стол и предложили чаю, то есть вкусить под чай местных деликатесов: айбат и рубанину из щёкура. Айбат из оленя отличается от строганины тем, что это сырое мясо, но не мороженное. Рубанина подаётся в виде больших, а не тонко настроганных, кусков рыбы.
У Павла и Романа 600 своих оленей. Кроме того, неподалёку стоит бригада оленеводов, которые пасут казенное стадо. Рома там работает, но сейчас у него отпуск. Павел некогда возглавлял эту Девятую бригаду, а сейчас на пенсии и занимается своим стадом.
Я спросил хозяев, кто же в итоге за кем ходит по тундре: олени за человеком или человек за оленями. Этот вопрос непростой, такой же философский как с курицей и яйцом.
Дядя Паша и Роман без сомнения отвечают, что люди следуют за оленями. В качестве объяснения говорят, да, конечно, оленеводы смотрят, где лучшие пастбища, и направляют туда оленей, но, не будь оленей, не было бы и человека.
Роман искренне любит своё дело. Говорит, давайте научу вас бросать тынзян на хорей. У меня получилось с первого раза. Если не принимать во внимание, что реальная мишень всегда движется, да ещё и нужно правильно её идентифицировать, выбрать именно хора, само метание аркана не является чем то особенно сложным.
То ли мы хорошо себя вели последние дни, то ли свистели как следует, но Ямал подарил нам северное сияние. Не то чтобы оно было очень ярким, но несколько кадров нам все же удалось сделать.
Снимали сияние дружно хором, считая вслух, насвистывая, подсвечивая фонариком и используя коллективный разум для поиска композиции. Дима говорит, попал в тусовку сумасшедших фотографов. Правда, ему и самому это дело понравилось :)
В чуме тепло, даже жарко. Хозяева очень гостеприимны: застелили нам шкурами пол и разложили полог - шторку над спальным местом.
Мы ложимся рядом с Димой, дальше Ромка, дядя Паша, тетя Лида и Света с Лерой. На противоположной стороне Андрей, Сара, Марко и Ахмет.